Видишь, мой ангел, раскинула звёздное ночь покрывало,
в призрачном свете луны всё таинственно преобразилось.
Я расскажу тебе сказку о том, что давно миновало,
было, иль не было это, а, может, лишь только приснилось.

Много воды утекло с той поры. В океане забвенья
тысячелетья исчезли, как сон, как ночные виденья.
Яркие образы время бесцветным туманом сокрыло,
звуки и запахи ветром развеяло и растворило.

В те времена, что от нас отстоят бесконечно далёко,
мир пребывал в лучезарной гармонии. В небе высоко
радостью Солнце сияло, полуденным жаром пылало,
светлой печалью Луна колдовала, мечты навевала.

Благословение, мир и покой на Земле процветали,
радостный труд и довольство плодами его и дарами.
Звонкие песни надежду в горячих сердцах оживляли.
Жизнь освещала Любовь озарений высоких пирами.

Боги любили людей, словно братьев своих, и хранили,
самым достойным в награду священное знанье дарили.
Смыслу творенья и внутренней сути вещей обучали,
даром предвиденья, долгою памятью их наделяли.

Сила единства причинности, времени, цели, пространства
соединяла стихий и природы великие царства.
Камня недвижность, растений незримую волю живую,
ум неизменный животных, растущую мудрость людскую.

Жили в согласии камни, растения, люди и звери.
Гулкое Эхо везде разносило волшебные слухи,
приоткрывая в высоком Безмолвии тайные двери,
а человеку являлись природы чудесные духи.

В древних высоких горах благородное племя селилось.
И соблюдало законы, что исстари мудро хранило.
Тех же, кто их нарушал неразумно, оно обрекало
на испытание горьким изгнаньем, чтоб зло не продлилось.

Чтобы к познанию истин запретных не зрело стремлений,
осуществлению тайных надежд, сокровенных мечтаний.
Жажда свершения планов несбыточных, дерзких желаний
не омрачала размеренной жизни селян, не будила волнений.

Долгие годы наказанный узник в обители горной
жил без друзей и родных, без любви и заботы, страдая.
Ну а потом привыкал, одиночества смысл постигая,
и наслаждаясь плодами к раздумьям любви благотворной.

Не возвращался обратно никто из досель осуждённых,
хоть вспоминали о них и грустили, жизнь раны лечила.
И исчезали любимые тени, а боль уходила.
Жить невозможно, витая в мечтах и желанных и ложных.

Видел изгнанник и белые крылья, и светлые ночи,
и сновиденья, что жизни живее, и страха короче.
Выше летал, чем высокие звёзды, и счастьем гордился.
Только ему было мало, он к большему страстно стремился.

Как-то в лесу ранним утром блуждал он, росой умываясь,
ягоды спелые ел, что росли на кустах тёмно - красных.
Да и не вспомнил, что в детстве премудрые старцы, стараясь
навыки детям привить, охраняли от ягод опасных.

Тайную силу дарили они их отведавшим людям.